Камчатка, небольшой посёлок в центре полуострова, практически край света — о компьютерной грамотности населения говорить не приходится. Я работаю в училище, совмещая должности преподавателя и админа.

Рабочий день. Приходит мыло из Министерства образования. По сложившейся традиции я распечатываю послание на принтере (директор не умеет обращаться с электронной почтой), затейливо матерясь на тысячу раз перезаправленный и еле печатающий картридж. Прочесть текст можно, но с трудом — в некоторых местах приходится включать воображение. Решив, что и так сойдёт, несу корреспонденцию директору и со спокойной душой возвращаюсь к работе.

Через некоторое время директор вихрем влетает в кабинет: «Проверяй почту, там должно ещё письмо прийти!» Послушно открываю постовый клиент — во «входящих» на первый взгляд абсолютная копия предыдущего письма. Чтобы не мучиться со своим принтером, иду к секретарю с просьбой распечатать, и та подтверждает, что такое письмо уже было. Я озадачился, но не обратил на такую мелочь внимания.

Только вечером выяснилось, что директор, не сумев прочитать плохо отпечатавшиеся страницы, позвонила в министрество с просьбой продублировать отправленный ранее документ, мотивировав свою просьбу тем, что первое отправленное письмо невозможно прочесть.

Принесли мне как то флешку со словами: «Там в тексте иероглифы, надо сделать так, чтобы прочитать можно было». Я сразу подумал, что речь идёт о каком-нибудь текстовике в KOI8-R, стянутом со старого диска с рефератами, и будет нужно лишь сменить кодировку на знакомую «блокнотику».

Вдоволь напившись чая, решил выполнить поручение. На флешке оказался PDF-файл, что насторожило. Открываю и вижу инструкцию для неопознанного USB-девайса на китайском!

Было время, снимали мы на троих парней двухкомнатную квартиру. У каждого был свой компьютер, и по будням, придя с работы, все трое утыкались в свои мониторы. Мы всегда исправно и вовремя носили деньги хозяину квартиры, но с коммунальными услугами у нас как-то не сложилось. Домашний телефон за неуплату отключили давно, но мы им и не пользовались, так что потеря осталась незамеченной.

Однажды, вернувшись домой, мы поняли — ахтунг, отключили электричество! Несколько дней в квартире все трое появлялись только переночевать, зажигали свечку и ели пищу из «Макдональдса». Кто гулял допоздна, кто в гости уходил — дома делать стало совсем нечего. Конечно, такое долго продолжаться не могло, и мы созвали квартирный совет. Решено было в кратчайшие дни разобраться с электричеством — выяснить, сколько мы должны, добраться до «Мосэнерго» и заплатить по счёту. Выяснилось, что включить электричество — задачка не из простых.

Как-то, зайдя в подъезд, я обнаружил провод, аккуратно тянущийся из щитка на лестничной клетке к нам в квартиру. Захожу — сосед-фрилансер сидит у «пилота» и заряжает ноутбук: «Пока разберемся с этим вопросом, у меня вся работа пропадет! Только надо ночью сидеть, когда все спят, а то бабки из подъезда будут жаловаться».

Как известно, нет ничего более постоянного, чем временное. Представьте: к нам в гости приезжают ребята. Тишина, темнота, и только три идиота сидят в интернете при свечах! Хитрое решение проблемы интернет-зависимости расслабило нас, и квест «включи электричество» растянулся не на пару дней, а на пару недель.

После этого случая, осознав всю трагикомичность ситуации, я стал больше времени уделять девушкам, прогулкам и другим увлечениям. Интернет — штука полезная, но надо всё же жить в реальности.

Я всегда знала, что бухгалтеры — не люди, а злобные пришельцы с других планет. Кто сомневается, может пересмотреть «Людей в чёрном» — инопланетный жук вам никого не напоминает? Некоторые бухгалтеры, в особенности главные, очень любят внедрять на предприятия свои личинки, то бишь безусловно гениальных и перспективных отпрысков и прочих родственников. Личинки, как правило, на деле отличаются повышенной тупостью, наглостью и любовью совать нос в каждое отверстие.

Итак, жили-были на предприятии сеть из 120 компьютеров, мощная бухгалтерия и непризнанный гений системного администрирования, сын главного бухгалтера, временно безработный мальчик лет тридцати. На деле последний к администрированию предприятия никакого отношения не имел — этим занималась сторонняя контора со сторонним же сисадмином, который сидел в стороннем здании, где была расположена серверная.

Серверная была для нашего гения чем-то вроде башни из слоновой кости, охраняемой злобным Цербером: зайти пошалить хочется, да не пускают. Но и на админа бывает ангина. Когда однажды серверная оказалась пуста по причине свирепствовавшего в тех краях ОРЗ, наш герой, недолго думая, именем бухгалтерии выпросил ключи у вахтёра и оказался в святая святых.

В тот вечер ничто не предвещало беды. В серверной весело гудело и перемигивалось ничего не подозревающее железо. По ровным рядам натянутых кабелей бегали шустрые байты, хотя бухгалтерии всегда казалось, что байты могли бы быть и пошустрее. Непризнанный гений администрирования, припомнив мамины жалобы по поводу медленной работы бухгалтерских приложений, приступил к усовершенствованию системы.

Вы слыхали о PLC? Я вкратце расскажу вам: Power line communication предполагает, что мчащиеся с бешеной скоростью электроны будут толкать в попу недостаточно шустрые байты, от чего скорость передачи данных значительно повысится. Со словами «Знаю, я в инете читал!» отточенным шаманским движением наш гений воткнул обжатый только с одной стороны патч-корд, ведущий в главный свитч, в обычную розетку.

«Бздыщщщщь!» — сказал сервер и испустил дух. Это был сигнал к началу апокалипсиса. Оставив в воздухе лёгкие облачка дыма, в мир иной отправились все сетевые карты, а также несколько свитчей, блоков питания, материнских плат, процов и жёстких дисков.

Почувстовав, что запахло жареным, виновник торжества пожелал и дальше остаться временно безработным и быстро ретировался. Тут и сказке конец, но не конец истории — работы по восстановлению всё ещё ведутся.

Работали мы в то далёкое время в бывшем НИИ, созданном для разработок электроники для ВПК. Проектировали здание чуть ли не при Сталине, поэтому размер помещения, отданного под «отдел ЭВМ», представить несложно — все наши серверы, три стола с «настольниками», стояк под кондей и даже отдельный гардероб отъедали лишь около четверти комнаты. В ту пору (да и сейчас, впрочем) коммуникации Госэнерго, то бишь электрокабели, надежностью не отличались, поэтому обрубания электричества были делом обычным. Если на ИБП под серверы мы еле-еле выбили деньги у начальства, то у обычных сотрудников компьютеры были оборудованы только сетевыми фильтрами.

Напарник мой очень любил свой велосипед «Аист» и круглый год ездил на нем, даже зимой. Кто помнит это чудо техники, должен себе представить и моего напарника, который ещё в школе на этом велосипеде умудрялся выигрывать городские, а то и районные соревнования по велоспорту. В один из дней после обеденного перерыва напарник по обыкновению проводил плановое ТО своего велосипеда, я мониторил сеть, а краем уха оба следили за мультфильмом «Приключения капитана Врунгеля», шедшим по самопальному телевизору, который мы собрали из НИИшных «запчастей». Передавали серию, в которой Врунгель спас кучу белок. Тут меня осенила мысль:

— Лёш, а Лёш… А ты в гонках на выносливость участвовал?
— Было дело.
— Что, если твой велик подсоединить к генератору и посмотреть, какая из тебя белочка?

Мы переглянулись. Как выразился один российский «юморист, считающий себя журналистом», ум у нас был весьма пытливый. За полчаса была собрана конструкция, позволившая подключить велосипед через шкивы к небольшому генератору. После быстрой настройки мой напарник, восседая на своем железном коне, стоящем на «стапелях», начал нещадно педалировать под мои вопли «давай, давай, наддай еще!»

Любопытный момент — пока мы были увлечены сборкой «велогенератора», в здании таки отключился свет. Дело было привычное, на писк ИБПшников мы отреагировали спокойно. А теперь представьте себе физиономии сотрудников, зашедших к нам на мои вопли и увидевших эту картину в сочетании с работающими компьютерами и гудящими серверами.

Чистоту эксперимента чуть было не испортила кадровичка, ничтоже сумняшеся спросившая моего напарника: «Ой, а можно у вас чайничек вскипятить?». Но Лёша был опытным спортсменом с тренированной «дыхалкой», поэтому он просто рявкнул на выдохе «НЕТ!» Посетители спешно ретировались.

Вечером нас в коридоре встретила та самая кадровичка и с пониманием, которого раньше не было, произнесла:

— Теперь-то я понимаю, почему вы, компьютерщики, люди молодые. Я бы так точно не смогла.